As decreed by the President of the Russian Federation, non-working days are extended through May 31. This means there will be no performances, the theatre's box office will be closed.

Please take care of yourself, stay at home, and join our online broadcasts!

На портале mos.ru вышло большое интервью с Владимиром Кореневым

15 April 2019

По случаю премьеры спектакля "Служанки бульвара Сансет" на портале mos.ru вышло большое интервью с народным артистом Владимиром Кореневым.

«Я обычный человек, который беседует со зрителем». Интервью с Владимиром Кореневым

13 и 14 апреля в Электротеатре Станиславский прошла премьера спектакля «Служанки бульвара Сансет». Ведущий актер театра и режиссер Владимир Коренев рассказывает, как создавалась постановка, чем интересна сценография и какие эксперименты его привлекают.

Владимир Коренев — одна из самых заметных и ярких фигур отечественного кинематографа. Еще в 1960-х он полюбился зрителям благодаря роли Ихтиандра в фильме «Человек-амфибия». На его героя хотели быть похожими его ровесники, а ровесницы забрасывали красивого актера любовными письмами.

Больше 50 лет назад Коренев пришел в Московский драматический театр имени К.С. Станиславского и со временем стал ведущим актером. Новая жизнь театра под названием «Электротеатр Станиславский» началась в 2015 году с фантастического спектакля «Синяя птица», в котором Владимир Коренев и его супруга Алефтина Константинова сыграли главные роли — мальчика Тильтиля и девочки Митиль. Новый спектакль театра «Служанки бульвара Сансет» — первая режиссерская работа актера на родной сцене.

— Владимир Борисович, ваш спектакль основан сразу на двух произведениях — пьесе Жана Жене «Служанки» и фильме «Бульвар Сансет» Билли Уайлдера. Что вы взяли в свой сюжет от каждого из них? О чем ваша постановка?

— Спектакль надо будет смотреть — и только после этого все будет понятно. В двух словах это не объяснить, если человек не смотрел фильм Уайлдера и не читал пьесу. Я, если честно, удивлюсь, если кто-то ее читал, — я сам познакомился с ней в возрасте 60 лет. Это очень сложное произведение. Очень богатая женщина, Мадам, живет в шикарной квартире, вместе с ней две служанки — молодые девушки, сестры Соланж и Клер. У Мадам есть любовник, которого сажают за решетку. Служанкам нравится образ жизни хозяйки, их пленяет весь этот гламур. Он становится их навязчивой идеей.

Я подумал, что границы этой истории нужно раздвинуть. Что, если главной героиней будет не просто богатая женщина, образу жизни которой завидуют и которой восторгаются многие, а действительно талантливый человек, звезда, актриса? И вот две девочки-служанки влюбились в ее экранные образы, попали в ее дом, стараются что-то делать для нее. А она ими помыкает, они ей вообще не нужны. И она сама никому не нужна, как оказалось. Они начинают ее ненавидеть и осознавать трагедию, которая произошла с ними. Вот что я попытался внести, если говорить упрощенно, в этот спектакль.

— У нас в стране пьеса «Служанки» получила огромную известность благодаря постановке Романа Виктюка. Вы видели этот спектакль?

— Да, и не один раз. Он очень удачный, замечательный, красивый, он объездил с гастролями весь мир.

— У Романа Григорьевича это смесь театра кабуки, импровизации и танца…

— Действительно, он сделал спектакль экзистенциальной формы, там форма и есть содержание. Но что произошло, что случилось в самой этой истории? Роман Григорьевич решил проблему не с помощью языка драматического театра, а с помощью языка пластики, почти балета. Меня очень заинтересовал этот сюжет, я захотел поработать над ним. Я часто задавал себе вопрос: почему эту пьесу не играют в других театрах? Ведь это может быть действительно по-настоящему красиво.

— Но и визуально ваш спектакль не уступает постановке Романа Григорьевича. У вас, например, очень интересные декорации — из черных и белых переработанных целлофановых пакетов.

— Да, это предложила Анастасия Нефедова, главный художник. Идея необычная, я не сразу ее поддержал, так как понимал, что мне достанется от моих артистов, когда они увидят декорации и костюмы. Постепенно все привыкли, и они стали им нравиться.

Но главное — пьеса. Я благодарен художественному руководителю театра Борису Юхананову, который дал мне возможность экспериментировать на этом очень опасном материале, потому что на такой пьесе ничего не стоит завалиться. Я решил сделать то, что близко людям моей профессии. Я очень много видел в жизни актеров поклонниц, фанаток, которые преследуют нашего брата. Что ими движет? Почему они свою жизнь подчиняют этому?

— После роли Ихтиандра в фильме «Человек-амфибия» на вас тоже обрушилась сумасшедшая популярность. Правда, что письма от поклонниц вам приходили в таких количествах, что их приходилось складывать в коробки из-под холодильников?

— Правда. Но я не отвечал, их было слишком много. Для этого мне надо было бы забросить все свои остальные дела. Хотя бывало, что отвечал на очень редкие письма, в том случае, если написанное меня зацепило. А так, вы знаете, молодым актерам пишут не философы, а молоденькие девочки, которые просто влюбились в созданный тобой образ. Но приятно было, конечно, что ко мне так хорошо относятся.

— Такая слава — это тяжелое испытание или наоборот?

— Вопрос, скорее, в том, чтобы не заболеть этим. Когда говорят «медные трубы», имеют в виду испытание успехом. И оно может быть очень страшным. Но меня как-то пронесло. Рядом со мной были мудрые родители, хорошие друзья. А потом приходит понимание, что надо еще и соответствовать этой популярности. Можно нарциссом прожить всю жизнь, глядя в зеркало: «Как Бог меня наградил, какой я красавец!» А можно и стремиться к чему-то большему. Вот, например, Миша Козаков, который тоже играл в «Человеке-амфибии». Красивый, популярный, он мог всегда оставаться в этом амплуа и ни в чем не нуждаться. А он стал заниматься режиссурой, фильмы снимать. «Покровские ворота» — замечательная картина. Начинаешь уважать человека, когда видишь, что он использует свои таланты, а не только внешность.

«Получилась совсем другая история» 

— «Служанки бульвара Сансет» — это ваш дебют в качестве режиссера?

— Не совсем. Например, я поставил спектакль «Опасные связи» по роману Шодерло де Лакло в Архангельском театре (Архангельский театр драмы имени М.В. Ломоносова. — Прим. mos.ru). Это крупный театр, на полторы тысячи мест. Зрители приняли постановку, были аншлаги. Еще я 12 лет руководил факультетом театрального искусства Института гуманитарного образования и информационных технологий, каждый год ставил несколько спектаклей с дипломниками. А уж сколько отрывков я ставил — просто не счесть. Так что это не совсем дебют. Просто я занимаюсь тем, что мне нравится, и у меня есть такая возможность.

— По какую сторону вам комфортнее — быть режиссером или актером?

— А это почти нельзя разделить. Чем занимаются актеры и режиссеры? Психологическим анализом. В чем радость актера? В том, что он имеет возможность плавать в океане предлагаемых обстоятельств, которые создает автор. Каждый день они разные. Это же и у режиссера. Как правило, чаще всего режиссер выходит из актера. Может быть, и мне захотелось попробовать что-то новое. Когда ставишь спектакль, все равно внутренне проигрываешь за всех актеров, проверяешь собой эту историю. В искусстве все зависит от твоей индивидуальности. Чем более не похоже на остальных, тем лучше. Чем ты больше отличаешься от каких-то признанных норм, тем интереснее окружающим.

Расскажу об этом одну историю. Однажды к Константину Станиславскому пришел молодой драматург и сказал: «Дайте мне какую-нибудь интересную тему для пьесы». Тот ему отвечает: «Ну вот, пожалуйста: молодой человек уехал за границу, возвращается, а в это время его девушка влюбилась в другого». Драматург говорит: «Но это же банально». А Станиславский возражает: «Александр Грибоедов написал “Горе от ума” на эту тему». Видите, как важно умение по-разному смотреть на мир? По-моему, это замечательно. Вот и у меня получилась совсем другая история про служанок.

— Будете еще что-то ставить в ближайшее время?

— Я не знаю, как пойдет. Будет ли успешным спектакль, не знаешь никогда. Надеюсь, что он понравится. Я могу только одно сказать, что делали мы его с огромным интересом и любовью. Мы старались, чтобы он был понятен, чтобы зрителя взволновала история. Если получится, я надеюсь, Борис Юрьевич даст мне еще что-то поставить, что мне нравится. Еще я хочу сказать, что мои актеры просто фантастически здорово играют. Я горжусь тем, что они делают. Я не знаю, кто бы мог еще так легко и свободно сыграть эту сложную историю.

«Жена — актриса лучше меня»

— Одну из ролей играет ваша дочь Ирина, а в спектакле «Синяя птица» вы выходите на сцену вместе со своей супругой Алефтиной Константиновой. Правду говорят, что с родными людьми работать сложнее?

— Когда как. У дочки очень тяжелый характер. Когда мы с ней ругаемся — искры летят во все стороны! Она очень самостоятельный человек. А жена просто выдающаяся артистка. Так получилось, что мы с ней вместе очень редко играли в одних спектаклях, как-то не получалось. Но она просто замечательная актриса, куда лучше меня.

— Спектакль «Синяя птица» — хит «Электротеатра Станиславский». Когда Борис Юхананов предложил вам поучаствовать, вы сразу согласились? Или проект показался вам слишком радикальным?

— Когда Борис Юрьевич (Юхананов — прим. mos.ru) впервые заговорил об этом, у меня был шок. Я его спрашивал: «А как в моем возрасте быть мальчиком?» Он говорит: «Когда вы приходите в детский театр, вы же знаете, что эту роль играет актриса». Она говорит детским голосочком — и через пять минут зритель привыкает. Это условия игры.

Потом еще Юхананов сказал: «Вы же с женой прошли тот же путь, который прошли эти брат и сестра, они тоже пошли искать счастье, в этом вся наша жизнь. И когда ваша история будет пересекаться с историей этих мальчика и девочки, то зритель будет думать и размышлять над тем, что же ожидает этих героев дальше».

— Для вас это не только роль семилетнего мальчика, но еще и ваши воспоминания, ваши личные истории.

— Да, тем более у нас с моей супругой жизнь была не очень простая. На глазах Алефтины убили ее мать — в военные годы. И я видел столько в своей жизни и грустного, и трагического. Но и счастье, конечно же, тоже было. Борис Юрьевич совершенно прав: «Синяя птица» — совершенно недетское произведение. Есть старый голливудский фильм по этому произведению, там снималась Элизабет Тейлор. Я считаю, картина провальная, потому что непонятно, на какой возраст она рассчитана. А наш спектакль — для взрослых зрителей. И Морис Метерлинк действительно серьезный философ. Он написал эту пьесу для размышлений. А Борис Юрьевич придумал абсолютно новаторский ход: я не изображаю что-то на сцене, я обычный человек, который беседует со зрителем.

Источник: mos.ru

Share this: