As decreed by the President of the Russian Federation, non-working days are extended through May 31. This means there will be no performances, the theatre's box office will be closed.

Please take care of yourself, stay at home, and join our online broadcasts!

Teatrall: Кто сочинял «Сверлийцев». Оперный сериал в «Электротеатре» и шесть его композиторов

9 June 2015

В Электротеатре «Станиславский» — премьера оперного сериала «Сверлийцы» по роману-сказке Бориса Юхананова, художественного руководителя театра. Пять опер, сочиненных шестью современными российскими композиторами, можно смотреть и слушать отдельно и выборочно. Но лучше — все, одну за другой, как вагнеровское «Кольцо Нибелунгов».

«Сверлийцы» рассказывают о загадочной цивилизации Сверлии: она существует параллельно земной, независимо и взаимодействуя с землянами. Она прекрасна, но вынуждена погибать, причем в прошлом, настоящем и будущем. И вот появляется Принц, он должен ее спасти, но мы не знаем, получится ли. Оперный сериал, обещающий стать главным событием музыкально-театрального сезона и уже записанный на лейбле Fancy music, будет идти по понедельникам с повтором во вторник, по одной серии в неделю, до начала июля.

Новый оперный сериал, не в пример Вагнеру и Штокхаузену, — это шесть разных авторов и непохожих композиторских языков на 7 с половиной часов новейшей музыки в пяти вечерах.

Список авторов и участников сверлоперы возглавляет легендарный режиссер и в нашем случае — либреттист Борис Юхананов. В отличие от своих коллег из прошлых веков он не только предложил композиторам готовое либретто, но и настоял на том, чтобы они не поменяли в нем ни слова; так в опере бывает редко. За ним следуют замечательный сценограф, один из создателей Музея Дизайна Степан Лукьянов, главный художник театра и автор костюмов Анастасия Нефедова, дирижер Филипп Чижевский, а также три превосходных и уникальных ансамбля — коллектив N'Caged, Московский ансамбль современной музыки (МАСМ) и музыки старинной — Questa musica. У каждого из них в опере своя роль и свое поле деятельности.

Шесть разных авторов и непохожих композиторских языков на 7 с половиной часов новейшей музыки в пяти оперных сериях.

Жанр сериала смотрится возвышенно: мы увидим и услышим оперу-роман (как бывают оперы-балеты, оперы-оратории, оперы-инсталляции и т.д). Иными словами, музыкальная форма спектакля так же принципиальна и основательна, как литературная. Но, кажется, именно композиторы — главные герои новой юханановской истории.

Дмитрий Курляндский

Признанный лидер нового московского композиторского поколения. Идеолог и движущая сила новой музыки в России. Живет в Москве, учился и много работает в Германии. Инициатор и вождь композиторского объединения «Сопротивление материала» (см. последнюю главку материала). Интеллектуал, просветитель, денди и обаятельный герой глянцевых журналов. Выдающийся ученый и смелый практик. Курляндского можно назвать гражданским активистом в сфере новой музыки. По крайней мере, без него она не стала бы регулярно интересной и важной для самой широкой публики.

Заботлив к слушателю и коллегам. Например, придумал и провел проект библиотечных концертов «Музыка для чтения», где музыканты играли премьеры, а слушатели читали книги: тем самым было доказано, что новой музыке домашний уют не противоречит. Водит уникальные «слуховые» экскурсии: там, слушая метро и лес, люди учатся по-новому слышать музыку. Курирует независимую композиторскую академию в городе Чайковский Пермского края. Автор оперы «Астероид 62», а также главного российского оперного события начала XXI века «Носферату» — современной оперы, заказанной обычным российским репертуарным театром и поставленной международной командой, а это уникальный случай.

Композитор-конструктивист: его виртуозная утонченная музыка может вызвать в памяти фантазии Татлина или архитектурные чертежи в партитурах Ксенакиса, соратника архитектора Ле Корбюзье. Но конструктивизм Курляндского не требует отвлеченных идей и материалов. Он фокусируется, прежде всего, на самом звуке — на его рождении, жизни, замечательных приключениях и смерти в теле музыканта, в корпусе инструмента, во времени как в теле музыкальной формы, и обязательно — в ушах и в голове слушателя. Курляндский-композитор кардинальным образом серьезен, но как всякий человек неординарного ума, обладает превосходным чувством юмора. И в музыке это чувствуется.

Сергей Невский

Еще один лидер московской музыкальной жизни, локомотив музыкальной истории. Безупречный идеалист и щедрый просветитель. Блестящий историк, умеющий с удовольствием для читателя и слушателя рассказывать о старой и новой музыке, и мощный игрок на поле современного искусства — он хорош в нападении, изобретателен в центре и незаменим в защите. И если музыкальная жизнь Германии, для него часто и дом, и сцена, то Москва — особая забота, героический сад, на устройство которого, несмотря ни на что, тратятся основные силы, фантазия и опыт.

Невский был куратором проекта «Платформа», сумев сделать новую музыкальную Москву частью всемирной географии искусства. Инициатор и ведущий творческой лаборатории в Центре им. Мейерхольда — благодаря ей новые поколения музыкантов и театральных режиссеров любят друг друга как родные. Худрук фестиваля «Трудности перевода», аналогов которому нет. Автор музыки к спектаклям Кирилла Серебренникова, изысканной и храброй оперы «Франциск», сочиненной в 21 веке, поставленной в Большом театре и получившей «Золотую Маску», и оперного проекта «Аутленд» (премьера состоялась на Рурской триеннале) — хрустально нежного исследования сложной темы аутизма и непростой истории человеческой коммуникации вообще, ее силы и слабости, трудности и необходимости каждому человеку.

Композитор-романтик. В музыке создает хрупкий, акустически утонченный и эмоционально трепетный мир, но, несмотря на внешнюю беззащитность, он, тем не менее, обладает могучей внутренней цельностью и привлекательностью.

Борис Филановский

Еще один отчаянный пропагандист новой музыки, культуры как простора, где есть место настоящей жизни и социальной рефлексии. Защитник ценностей знания и творческой свободы. Просветитель, аналитик редкой проницательности, яркости и наблюдательности; критик, каких поискать. Петербуржец, живет в Берлине. Вдохновитель и организатор многих фестивальных, исполнительских, образовательных и конкурсных проектов, навсегда изменивших музыкальную жизнь Петербурга. Куратор музыкальных программ Новой сцены Александринского театра.

Его работу легко узнать по сдержанному, но все же ядерному остроумию, точности музыкальных формулировок и едкой, часто печальной иронии. Редкий для России пример концептуального художника в теле виртуозно-профессионального композитора.

Как никто блестяще, разрушая штампы и шаблоны, может превратить социальный гротеск в осязаемый и обжигающий мир музыкальных образов и эмоций.

Любит работать с текстами писателей-концептуалистов — от Владимира Сорокина до Льва Рубинштейна (опера «Три четыре»), по отношению к которым настолько же бережно внимателен, насколько и свободен. Понимает музыку как социальный жест, прямое взаимодействие с обществом.

Алексей Сысоев

Один из самых загадочных авторов сверлийской шестерки. Не активист и не организатор, только творец. Причем в самом современном и вечном смысле этого слова, когда творчество не ограничено рамками ни сочинения, ни исполнения. Композитор-молчун, что необычно в наши дни для популярного, магнетически привлекательного, авторитетного автора. Сысоев — как раз такой: слушателя его музыка мгновенно гипнотизирует, а коллеги ценят его внимательный, непримиримый радикализм, как рафинированные профессионалы «Могучей кучки» — поисковое упрямство Мусоргского.

В работе Сысоев — что резчик по дереву. Из грубого материала высекает звуковые предметы, настолько же массивные и бесконечные, насколько ажурные.

Композитор-постимпрессионист. Его роль на новой композиторской сцене — обживать невиданные земли и видеть нереальные свойства реальности. Автор оперного перформанса «Полнолуние», спектакля-лауреата премии «Золотая Маска».

Алексей Сюмак

Один из самых успешных московских композиторов-академистов, чья музыка регулярно входит и в программы московских музыкантов, и в исполнительские списки респектабельных европейских симфонических оркестров и ансамблей современной музыки. Автор опер «Немаяковский» и «Станция», представленной на фестивале «Территория», впервые веско заявившей об амбициях нового композиторского поколения и собравшей невиданно широкие по тем временам, аудиторию и резонанс.

Автор «Реквиема» (вместе с Кириллом Серебренниковым) — самого мощного музыкально-театрального события нулевых, где современный театр и музыка, профессионально играющая по строгим правилам европейского академизма, вместе затронули темы жизни, памяти, войны и смерти.

Композитор-симфонист, классицист, Сюмак мог бы быть яркой фигурой примирения между независимой сценой и филармонической, если бы обе они в равной степени заботились о новом, не хрестоматийном наборе музыкальных впечатлений жителей нашего города.

Владимир Раннев

Родился в Москве, учился в Московской консерватории, в Германии, был стипендиатом в Британии, выигрывал конкурсы в Швейцарии и в Америке, живет в Петербурге, исполняется в Европе и России. Пишет, обращаясь ко всему миру. Эстет-народник. Номинант и лауреат премии Сергея Курехина. В прошлом — автор серии популярных женских романов (под псевдонимом). Проповедник и соблазнитель, способный вдохновить на любовь к новому искусству всякую, даже совсем не подготовленную душу.

Блистательный знаток художественной культуры прошлого и современности, не находящий между ними разницы в цене. Сноб и аристократ, в полемике, в музыке и просветительстве Раннев артистичен, непредсказуем и не чужд смелого (при близком рассмотрении виртуозно устроенного) хулиганства. Автор камерных сочинений, полных изящных эмоциональных бурь и ласкового интеллектуального сарказма, а также прекрасных опер — «Синяя борода. Материалы дела» и «Два акта» по произведениям поэта Дмитрия Пригова.

Композитор-постмодернист. Если бы не безупречная интеллектуальная взвешенность и непобедимое эмоциональное здоровье композитора, мы могли бы, говоря о Ранневе, вспомнить Шумана с его лирическими героями Флорестаном и Эвзебием. В их образах у Шумана воплощались пылкое буйство и прозрачная нежность, так же у Раннева сферы фантасмагорического хулиганства и трепетного эстетства выпуклы и разведены. Но мы не будем этого делать, поскольку петербургский композитор, как уже было сказано выше, здоров как мало кто. А что Шуман тоже был не только композитор, но еще выдающийся просветитель и критик, то у нас такой не один только Раннев. По крайней мере, среди вышеописанных героев таких подавляющее большинство.

СоМа — «Сопротивление материала»

Все шесть композиторов принадлежат к новой элите современной композиторской музыки, все являются ключевыми фигурами российского культурного ландшафта, все сознают себя участниками не только местной, но и международной композиторской сцены. Исполняются на престижных международных фестивалях, выполняют заказы самых важных европейских ансамблей, получают авторитетные в мире премии, ставятся в театрах и звучат в концертах.

Все шестеро представляют композиторское объединение СоМа («Сопротивление материала»), манифест которого в 2005 году взорвал вкорне изменил музыкальную ситуацию в России. Но главное, что все они — не только изощренные профессионалы, высоколобые интеллектуалы, но также еще отменные пропагандисты новейшей музыки, кураторы, координаторы, продюсеры, аналитики, эксперты. Блестящие рассказчики, в конце концов.

Всем шестерым не кажется соблазнительным подход к новой музыке как башне из слоновой кости, где на недосягаемой для смертных высоте в окошке светит, но без допуска не греет огонек высокой культуры; жизнь и любовь для них привлекательней высокомерной замкнутости высокого искусства. Однажды они открыто потребовали от государства поддержки современной музыки, ансамблей, фестивалей, школ (и вызвали своим обращением взрыв полемики, сочувствия и злости одновременно). Потом махнули рукой на филармонические институты и пошли в театры, галереи, кино, на выставочные территории. Там принялись выращивать публику и выстраивать ситуацию едва ли не с нуля. Искушенные профессионалы, они пишут сложную музыку о простых вещах — о любви, о войне, о детстве, об общении, о старинных трагедиях как современных событиях, о современной тревоге как вечной проблеме.

Share this: