As decreed by the President of the Russian Federation, non-working days are extended through May 31. This means there will be no performances, the theatre's box office will be closed.

Please take care of yourself, stay at home, and join our online broadcasts!

Сверлия в Москве: Электротеатр СТАНИСЛАВСКИЙ вступил в контакт с внеземной цивилизацией

17 June 2015

Каждый понедельник и вторник вплоть до 7 июля на сцене Электротеатра СТАНИСЛАВСКИЙ идет оперный сериал «Сверлийцы» — цикл спектаклей Бориса Юхананова, основанный на одноименном романе-опере и музыкальных текстах современных композиторов. Ничего подобного в отечественном театре никто прежде не предпринимал.

Текст: Вадим Рутковский

Сверлия — не просто вымышленная волшебная страна; это особая потусторонняя цивилизация, существующая параллельно земной и оказывающая на земные культуры разнообразное влияние. Знак Сверлии — сверло, потому всё, что в нашем мире напоминает сверло, происходит от Сверлии: от игрушечной наследницы Вавилонской башни — падающей Пизанской каланчи — до молекулы ДНК. Сверлия существует сразу в трех временах, у нее две столицы, и населяет ее множество рас — Авры, Легионеры, Гетеры, Дрейлеры, Русалки, а также неуемные лабораторные исследователи Вероятностных Потенциалов Простигосподи, чья деятельность приводит к образованию Дыры между Сверлией и Землей. Угроза гибели заставляет властителей Сверлии, царя Упыря и царицу Лядище, породить Сверлийского Принца, которому суждено вступить в битву с Кружевницей — Богиней судьбы Сверлии.

Так в кратком изложении звучит введение в Сверлию, которое сам Борис Юхананов начитывает из динамиков, пока зрители собираются на спектакль. Прочесть расширенную версию сверлийской истории можно и здесь, на сайте Мастерской индивидуальной режиссуры — проект родился не сегодня, и показ первого эпизода цикла — увертюры — прошел еще в апреле 2012 года. Я, правда, не уверен, что подробное знание барочно избыточного текста (в котором и стеб, и патриархальная велеречивость мифа, и основы монотеистической религии, и катание на дионисийской карусели с ее вечным возвращением умирающего и рождающегося бога, и научная фантастика для старшего школьного возраста, и вдохновенный абсурдистский гон) так уж необходимо для просмотра. Это нелинейная опера, обходящаяся без традиционного повествовательного либретто. Отношения между созданиями, сотворенными Юханановым на бумаге, причудливы так же, как и связи, в которые вступают свет, звук и медленное, но безостановочное сценическое движение. Юхананов — подвижник синтетического и тотального искусства: родившийся из романа-оперы спектакль-перформанс длится и после выхода актеров на поклоны — на CD, съемка каждой части обещает грядущее новое рождение — на DVD, в виде фильма; и оттого только, кажется, у Юхананова в фойе встречаются люди театра, кино и академической музыки, в обычной жизни находящиеся друг от друга так близко — и почти непреодолимо далеко, как Земля и Сверлия.

Сегодня «Сверлийцы» превратились в пять музыкально-театральных перформансов на музыку шести важных современных композиторов. За дирижерским пультом — Филипп Чижевский, исполняют оперу Московский ансамбль современной музыки, вокальный ансамбль N’Caged иансамбль Questa Musica. Ко дню публикации этого текста Электротеатр показал эпизоды Дмитрия Курляндского и Бориса Филановского; впереди — работы Алексея Сюмака, Сергея Невского, Владимира Раннева и Алексея Сысоева; для зрителя, который следит за актуальным театром и бывал в ЦИМе, на «Платформе» и в «Гоголь-центре», имена не чужие. У каждой части — свое визуальное и пластическое настроение; в двух уже показанных есть небольшие подпорки для зрителя, привыкшего к более ординарному театру: в первом эпизоде — это кентавр-отец, читающий младенцу сыну фрагменты сверлийского эпоса, во втором оперный формат разрывает бесцеремонное вторжение документального кино: фрагмент диалогов между Юханановым и Филановским проясняет значение трех букв древнееврейского алфавита (иудаизм, по Юхананову, — одно из земных проявлений Сверлии).

Не знаю, что думает по поводу «Сверлийцев» «Один-единственный единый» Б-г, но ноосфера точно говорит Юхананову спасибо — масштаб и значимость предпринятого им эксперимента трудно переоценить. Современные российские композиторы участвуют не то чтобы в изящном летнем фестивале Электротеатра — они творят коллективный текст. Примерно как в 1926 году 25 советских писателей (в списке значатся Исаак Бабель и Михаил Зощенко, Алексей Толстой и Леонид Леонов, Александр Грин и Константин Федин) по заданию главреда «Огонька» Михаила Кольцова сочинили роман «Большие пожары» — революционный ответ коллективистскому духу эпохи. Раньше, конечно, было совсем другое время, но утопический романтизм Бориса Юхананова обладает серьезным даром убеждения. И это действо, почти немыслимое для грубой, слабо восприимчивой к неортодоксальному искусству столицы, оказывается жизнеспособным (а ведь каких-то года два назад в этих стенах пипл хавал бульварный фарсок «Мужской род, единственное число»).

Ссылка на материал

Share this: