Борис Юхананов: "Относиться к зрителю как к себе – закон современного искусства"

«Москва24», 1 June 2015

Худрук Электротеатра Станиславский – адепт той теории, что зрителю не нужны "протезы" в виде театральных суррогатов, подстраивающихся под культурный уровень аудитории. Поэтому Борис Юхананов решил пойти на немыслимую дерзость – поставить оперу в пяти частях. Случай беспрецедентный для российского искусства, когда в самом центре Москвы в театре, находящемся в подчинении у департамента культуры, появляется многосерийный опус. Музыку Юхананов заказал шести композиторам.

Оперная пенталогия "Сверлийцы", которую задумал Юхананов, объединила вокруг себя целую плеяду молодых людей, создающих и исполняющих актуальную музыку. В перерыве между репетициями режиссер побеседовал с корреспондентом портала М24.ru.

– Как в стенах драматического театра зародилась идея создать такой масштабный оперный проект?

– Мы – Электротеатр, наследники русского театра, посвященного Константину Сергеевичу Станиславскому. Он нацеливался на это место с идеей создать здесь оперно-драматическую студию. Как люди, покорные фатуму и внимательные к традиции, мы, естественно, приняли на себя этот импульс.
Композиторы Дмитрий Курляндский, Борис Филановский, Алексей Сюмак, Сергей Невский, Алексей Сысоев и Владимир Раннев, а также дирижер Филипп Чижевский, которого я считаю лучшим интерпретатором новейшей музыки, вокальный ансамбль N’Caged под руководством Арины Зверевой, ансамбль Questa Musica Марии Грилихес и Московский ансамбль современной музыки – прекрасный творческий коллектив, который делает эту сложнейшую работу. Мы стали на два месяца оперным театром и в июне развернем первый оперный сериал, созданный в России.

– Все репетиции завершены?

– Нет, сейчас мы репетируем пятую оперу Алексея Сысоева, а дальше настанет время партитуры Владимира Раннева. 8 июня с увертюры, с прекрасной музыки Дмитрия Курляндского начнется наше путешествие. И дальше чуть больше месяца мы будем двигаться путями нашего оперного сериала.

– Можно ли "Сверлийцев" смотреть частями?

– В музыке центральное место всегда принадлежит композитору. А каждый из них – отдельный мир, и войти в этот мир можно будет благодаря той или иной опере. Но в идеале стоит совершить это путешествие целиком – прийти в Электротеатр и постепенно присоединиться к разворачивающемуся, полному приключений миру Сверлии.

– Вы придумали для зрителей настоящую театральную Одиссею…

– Идеальный зритель – тот, кто найдет в себе силы и проложит для себя тропу постижения современной музыки и языка новейшего театра. Это самое верное. Тем более что это нетрудно сделать – наши вечера недолгие. Час – приемлемое для жителей мегаполиса время, и его вполне можно посвятить этому занимательному процессу.

– Вы считаете, что зритель Электротеатра полностью готов к этому?

– Преступление думать, что публика способна воспринимать меньшую сложность, чем сами творцы. Фундаментальный закон современного искусства – отношение к зрителю по меньшей мере как к себе. Зритель – соавтор и участник любого подлинно серьезного творческого процесса, и в нем завершается наш месседж, в его интерпретациях, в его отклике, в тех сложнейших и тончайших переживаниях, на которые, конечно же, он способен. Статус, всегда существовавший в высокой поэзии и в музыке, – отношение к зрителю без каких-либо поблажек. И это дает возможность выйти из-под власти манипуляции, маркетинга, рекламы, дурно понятной политики и всякого рода других социальных миазмов, это дает возможность композитору, режиссеру или артисту действовать, не прибегая к адаптации. И вполне понятно: за это зритель сегодня все более благодарен современной культуре, потому что он чувствует себя на ее территории во всей сложности собственной жизни. Он в каком-то смысле получает в дар переживания – от музыки, поэзии, от игры – и начинает чувствовать себя равноправным участником таинственного диалога, которым, собственно, и является современное искусство.

– С кем из композиторов, написавших музыку к "Сверлийцам", вы были знакомы до момента начала работы над проектом?

– Со всеми. И всех слушал. И всех читал. Ведь они все без исключения – прекраснейшие мыслители. Например, вышла книга Дмитрия Бавильского, где большинство наших героев-авторов участвуют в замечательных комментариях. Очень рекомендую людям, интересующимся современной музыкой, следить за тем, как ее интерпретируют, как о ней говорят и как мыслят современные композиторы. Ведь это пример развитого, умного и очень тонкого, правильно организованного высказывания о собственном творчестве. Таково свойство современных композиторов. Они прекрасно не только пишут ноты, проявляют себя в звучаниях, ритмах, обращении со временем и тишиной, но и владеют речью, а значит, возникает контекст.

– Текст "Сверлийцев" – специфический, сложно коррелирует с музыкой. Почему же вы не сделали драматический спектакль, а обратились к жанру оперы?

– Мне очень интересно это путешествие. Поэтический текст сегодня, как я чувствую, наиболее точно может быть воплощен именно через музыку. Если в ней находится место поэзии, то это праздник для автора.

– Чем способен заинтересовать мифологический мир Сверлии? Почему зрителям так важно узнать о нем столько подробностей?

– Подчас людям просто необходимо философское фэнтези. Оно содержит в себе возможность предоставить место для жизни с самыми разными способами восприятия мира. Проекты разного типа все больше накапливают интерес к его созданию. Сверлия – полноценный мир, сложно устроенный. В нем не только рассказывается о параллельной реальности, но и о взаимосвязях с земной реальностью. Здесь возникают самые разные эмоции, связи, радости, горести, потому что этот мир всегда находится на грани гибели. Если мы научились воспринимать что-то иное, отличное от нас самих, то благодаря этому мы можем по-новому увидеть и собственный мир, и самих себя. Лучше всего описать эти связи может именно современная опера – лучший из способов коммуникации, при помощи которого можно передать знание. Мир в ней словно спрессовывается. Театр, поэзия, звук, энергия дирижера, перетекающая в энергию оркестра, пение и интеллектуальный полет – все это встречается в оперном искусстве и живет в ритмах и настроениях, характерных для нашего века. И это бесценно. Так что саму эту встречу я праздную как радость участия.